uranhay (uranhay) wrote,
uranhay
uranhay

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Стихи на ночь. Даже в ночь.

Оригинал взят у cyberneticbeast в Стихи на ночь.
Взято у комрада - http://ir-ingr.livejournal.com/1123813.html#cutid1

Роберт Сервис. Вечерний чай.



Налей-ка мне чаю, приятель, но только без молока:
В окопах коров не держали, вот мы и отвыкли слегка.
О чем я? Ах, да — полковник… он, как малец во дворе,
"За мной!" — орет... и — на бруствер… и рухнул — дыра на дыре.

Подергался да и замер, рубака был первый сорт:
Умер, как истый британец, со словами: "Дери вас черт!"
В мозгах моих что-то сломалось, я подумал: "Чего мы ждем?!"
Свинцовый град показался легким грибным дождем.
На сердце — и злость и радость… (кстати, отличный чаек!)
Как будто стальные цепи слетели и с рук и с ног…
Чувствую — я свободен, не зверь и не человек,
Волен крушить и резать, как в добрый каменный век.
Звериная ярость берсерков вскипела в моей груди,
Ребята сперва отстали — я был один впереди.
Я слушал, как пели пули, я слышал шрапнели визг
И песню про Бена Болта орал, опьяневши вдрызг.
(Подвинь-ка мне сахар, приятель…) Веселый был наворот,
Когда мы смели загражденья и с ревом рванули вперед.
Всерьез завелись ребята — сам дьявол нам был не брат,
Никто ничего не боялся, никто не взглянул назад.
Мы шли, пока не уткнулись штыками в мешки с песком,
Висело людское мясо на проволоке шашлыком;
Окоп с мертвяками раздолбан — крысе не вырыть норы;
Увы, королевские пушки нас вывели из игры.
Мы сами хотели сделать из бошей кровавый фарш…
И я заорал: "Да хрен им! За мною, ребята, м-а-арш!"
Я зол был на артиллеристов, увидел бы — разорвал,
И снова вперед пошли мы, плюя на свинцовый шквал.
Тут нам от бошей с высотки депешу отбил пулемет,
Майор кричит: "Эй, на фланге, заткните паскуде рот!"
А сам побежал в атаку и в грязь уткнулся лицом,
Набитый, как пудинг изюмом, горячим немецким свинцом.
Я доделал его работу, мы загнали бошей, как крыс;
Храбрее котов из Килкенни мы в норах воронок дрались.
Оно легко из укрытий лупить по шеренге в упор,
Попробуй, когда не успеешь передернуть затвор.
Ребята добили штыками, тех, кто еще сопел,
А я всё про Бена Болта ту самую песенку пел.

Очистив штыки от крови, мы к дальним траншеям пошли,
Как вши из рубашки, боши лезли на свет из земли.
Вот тут началось веселье, гранатой взорвав нору,
Ребята, как стая терьеров, вгрызались, рыча, в немчуру.
Споткнувшись у входа в землянку, я крикнул: "Живые есть?"
"Один!" — откликнулся немец. — "Я ранен. Поэтому здесь"
Тут самый шустрый из наших сбежал по ступеням вниз,
Как видно, хотел быть первым, а первому — первый приз.
(Отличная сдоба, приятель… Неужто сами пекли?)
Они его пристрелили, меня уже не смогли:
Я бросил туда гранату и следом сам залетел,
По всей вонючей землянке с десяток корчилось тел,
Потом еще из-под коек, мы выволокли четверых…
Мы их… а, впрочем, не стоит… лучше не буду о них.
Уж больно лютое дело, лучше поговорим
О юбках — они у девчонок нынче легки, как дым,
Да так коротки, что видно… я, впрочем, опять не о том…
Короче, сначала — гранатой, а тех, кто выжил — штыком.
Мы двинули к третьей траншее, кругом никто не глядел:
Те, что прошли чуть раньше, нам не оставили дел.
Ребят я не мог успокоить… (С кровью такая же муть,
Как с виски: если набрался, трудно потом тормознуть).
Я даже и не пытался, молча бежал впереди,
И, словно чека из гранаты, сердце рвалось из груди.
Добежали мы, в общем, скоро, те, кто, вообще, добежал:
Бошевские пулеметы жгли, не жалея жал,
Забыл сказать, я был ранен в голову и в плечо,
Рубаха — в клочья, от крови — липко и горячо.
В себе я чувствовал только звериную суть и плоть,
Безумец с ружьем на взводе — твое творенье, Господь.
Сижу вот на Пиккадилли, привычный чаек тяну
И думаю, неужели играл я в эту войну?
Неужели я — этот дьявол? Неужели и голос — мой,
Хрипящий: "Бен Болт, на свете одни мы остались с тобой"?
Ребят своих вспоминаю — вот кто был ангельски чист:
Их путь через все траншеи был праведен и лучист!
Смердело, помню, в окопе… Я думал, всем бошам каюк,
Но только сунулся в траверс, аж пятеро встретилось вдруг.
Четверо подняли грабли, а пятый — сержант, храбрец,
Хоть видит и ствол и гранату, а всё норовит — в торец…
Геройский парень… не смог я взять его да пришить,
Сунул с размаха в челюсть: он лег, но остался жить.
Прочухавшись, оказался совсем незлой паренек:
Башку перебинтовал мне — наш доктор так бы не смог.
Ну, взял я, короче, в плен их — веду, доволен до слез,
И песню про Бена Болта насвистываю под нос.
Что хватит? Ну да… всё болтаю. Давайте лучше про то,
Что нового нынче в театрах и какие в моде авто…

Tags: ВШМАТ!!, Литература, Роберт Сервис, спизженное не зазря, стихи
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments